Нажать для увеличения

КНИГИ

Рецензия на “Визит нестарой дамы”

© Екатерина Теплова
Арбатова М. Москва: Подкова, 1999 г.

Вопрос о том, кем сложнее быть на свете - мужчиной или женщиной - с феминистской беспощадностью был решен в русской народной сказке о том, как Дед и Баба местами поменялись. Помните? Баба управилась в поле за плугом, а потом отправилась выручать Деда, оставленного на домашнее хозяйство... Вспоминается: не так давно, приходя домой с работы, я заставала одну и ту же картину - муж, оставшийся в то время не у дел, накрывает на стол и приглашает меня ужинать. А моя собственная Grandmaman, поджав губы, то пытается вырвать у него из рук сковородку, то отводит меня в сторону и мелодраматически шепчет: "Сию минуту корми мужа! Он тебя бросит, вот увидишь!" Мораль двойственна: кто виноват в неспособности Деда выполнять простейшие жизненно необходимые действия? Эпизод, вычитанный в книге Марии Арбатовой "Визит нестарой дамы", с комичной точностью повторяет мою семейную сценку. Муж героини (между прочим, журналист, загруженный любимой работой) увлеченно моет посуду, и иронически посмеивается над замечаниями подруг жены...

"Вся русская литература написана вокруг мужского кризиса среднего возраста", - как-то заметила Арбатова. Женщины, приблизившиеся к этому пресловутому "кризисному периоду", уже не интересуют (и в литературном контексте – прежде всего) мудрствующих авторов. Бедняжкам остается амплуа дуэний в романтических книжках, а Оноре де Бальзак словно навсегда и за всех отдал должное женскому персонажу, создав архетипичную "даму бальзаковского возраста".

Арбатова располагает самым благодатным материалом для написания женской истории: она художественно подходит к собственной судьбе, ее главный долг по отношению к самой себе - думать и творить:"Я очень хочу свободы, связанной с ощущением полноценности, и всем того же желаю. Я карабкаюсь сквозь бетонные стены семейного сценария, сквозь барщину опыта в совковом браке, сквозь решетку тоталитарных запретов, проросших сквозь тело".

Писательница отвечает на очень непростой вопрос: какой мужчина на самом деле заслуживает любви, а уж тем более руки современной женщины? Впрочем, я думаю, что сама Арбатова упрекнула бы меня за глагол "заслуживает". В ее парадигме ценностей никто никому не служит, каждый - личность самоопределяющаяся, не позволяющая разрушить собственный потенциал. И тут приходится придирчиво выбирать между теми, с кем просто приятно закрутить роман, а с кем можно связать судьбу, и на каких условиях строить отношения при этом. Как говорит сама Мария, за кем-то хочется ехать в Сибирь, а с девятью из десяти не доедешь и до Подмосковья. Когда же опомнишься от головокружения влюбленности, процент тех, кто потянул бы на "декабриста", как правило, сокращается до мизера...

В жизнь Ирины, героини "Визита...", с налету возвращается друг, брат, любимый. В роли дикой и каторжной Сибири времен декабристок выступает "духовно каторжная" Америка. Фрейдистско-лесбийский мотив переодевания, подмены мужского персонажа женским, создает мистифицирующий, детективный флер и прекрасную сценическую площадку для демонстрации пудовых тяжестей комплексов, взваленных на плечи сорокалетних героев их родителями.

Женщине приходится выбирать между трясущим ее за плечи и орущим ей в лицо - "Ты только меня, меня всегда любила!" – персонажем совместных детских и юношеских переживаний, которые обычно и путают с первой любовью, и человеком, близким ей духовно и социально. Любая уважающая себя героиня love story должна на этом месте потерять голову и броситься в пучину романтизма. И героине этой, вне зависимости от "паспортного" возраста, всегда будет 15 лет. Ирина же - взрослая женщина, счастливая тем, что ей "интересно быть женщиной, доросшей до права на это дело".

События заставляют Ирину перед лицом гостьи из США послушно, словно кролик перед удавом, отчитываться за последние пятнадцать лет, прожитые ею в "эпоху перестроечных перемен". "Да кто тебя в сан посвящал?!" - возмущенно вопрошает американка Дин Ирину, привыкшую устраивать судьбы своих друзей, опекать и судить их. Однако Ирине разрешено если не судить, то "проводить разбор полетов" окружающих, хотя бы уже и потому, что они с большой охотой перекладывают на нее решение своих ежедневных сложностей, не желая самостоятельно отвечать за собственные поступки. А так - всегда есть кого упрекнуть: Ирку, которая разводит "ороговевших" супругов, "ссорит" инфантильных сорокалеток с родителями, предпочитает не пылесосить, а творить картины…

Мораль романа Арбатовой такова: не выбирают только те, кому удобно в луже привычек и неустроенности - они же при этом не ошибаются. Но писательница не оставляет читателя один на один с этим моралите, она анализирует собственные проблемы и сомнения, преподносит уроки и иллюстрирует выводы. Вся жизнь личности по имени Женщина - вся, до донышка, беспощадно для ханжеского мужского взгляда, раскрывается в ее творчестве. Вам больно будет читать про аборт от нелюбимого? А ведь пережить его куда больнее...

назад к списку книг
     АРХИВ
     НОВОСТИ
     ЛИЧНОЕ
     ПУБЛИЦИСТИКА
     ПОЛИТИКА
    ТВОРЧЕСТВО
     ЖЕНСКИЙ ФОРУМ


 © Art  www