Нажать для увеличения

СТЕНОГРАММА
ВСТРЕЧИ

Наталья Салангина
в «Клубе женщин, вмешивающихся в политику»

Заместительница руководителя Росспиртпрома

С чего это все началось и как так все закончилось спиртом?

Я юрист. Хотя, я человек, который по всем тестам не склонен был к профессии юриста. Закончила школу с золотой медалью, всячески себя активно там проявляла. Нам приходилось с родителями часто переезжать из города в город, а в каждом классе есть такие хулиганы авторитеты. В третьем классе новой школы первого сентября в класс вошёл бугай -второгодник, у которого привычка входя, бить всех линейкой по голове от первой парты до последней. И вот, когда он подошел ко мне, и я поняла, что он меня треснет, я взяла большой толстый пенал и ударила первой. Мне кажется, это меня характеризует, до сих пор так и действую.

Накануне окончания десятого класса впервые в городе проходил бал старшеклассников, на котором мне надо было что-то говорить, я была таким правильным плакатным ребенком. Мне доверили ответное слово о том, как мы будем открывать дверь в будущее. Я была местной знаменитостью, и ко мне пошли все журналисты. Телевизионщики спросили меня, куда эта дверь открывается и я, глядя прямо в камеру сказала, что, разумеется, буду поступать на филологический факультет, потому что главное в человеке - это его душа. Но через неделю ко мне перед праздником подошли с радио, задали тот же вопрос, и я им сказала, что буду юристом, потому что добро должно быть с кулаками и его надо активно защищать. Все это вышло в эфир в один день с интервалом в полчаса. Многие люди, которые меня знали, пришли в ужас, и мне пришлось несколько лет прожить с клеймом.

Я не знаю, как при таком характере можно быть объективно - судя по счету в банке - успешной, принимать управленческие решения и кого-то за собой вести. Видимо, жизнь - гораздо лучший режиссер. Очень много событий в моей жизни происходило вопреки всему. Я вышла замуж вопреки общественному мнению. Пример, первый курс, "картошка", дочь секретаря обкома партии вернулась с ночной прогулки, где целовалась с мальчиком. В три часа ночи она меня будит и спрашивает, будут ли у них дети, если они целовались, в качестве ответа я засомневалась. Вот такое было половое воспитание. Мальчики в школе меня боялись, потому что отличница, с косичками и бьет первая, вряд ли я была для них привлекательной. До седьмого класса меня это не трогало, я самоутверждалась как-то иначе. Как-то на "морковке", когда я была в шестом классе, мне рассказывала девочка - восьмиклассница о том, как она провела лето. Видимо это так отличалось от моих представлений, что я воспринимала это как семейную жизнь. Ее молодой человек уже попивал, она его откуда-то вытаскивала. Я почувствовала себя такой ущербной, что когда пришла домой, долго плакала из-за того, что это мне не доступно. Я думала, что точно замуж никогда не выйду, потому что со мной ничего такого не происходит. Потом у меня была танцевальная школа, спортивная школа, это занимало время и проблема ушла. Мой супруг видел шесть моих романов, учась со мной в одном классе, у нас было общее детство, юность и университет,

Чтобы понять масштаб моей должности, это 250 солидных предприятий. В Пензенской области, они, например, составляют 60% бюджета области. Как я докатилась до такой жизни для меня совершенно непонятно. Долго отказывалась, раза три. Потом мне позвонили, сказали, что указ президента вышел, я должна прибыть, и больше эта проблема обсуждается. Прямо скажем, я не специалист в области ликероводочной промышленности. И только сев в кабинет, увидела, что производить спирт и водку в нынешних условиях для нас очень выгодно. Когда мне только передали дела, у нас уже был миллиард убытков, а сейчас у меня 28 предприятий банкроты. Смотрите, себестоимость бутылки водки - рубль, а продается она за тридцать пять минимум, и выпускать ее при этом невыгодно. Я пытаюсь ответить на вопрос "почему?" уже пять месяцев, думаю, что скоро отвечу, если раньше моя жизнь не прекратится.

Я не из пугливых людей, но вторая неделя моей жизни в компании началась с того, что ко мне не приехал директор, с которым мы договаривались о встрече, потому что по дороге его расстреляли : он, охранник и водитель получили около тридцати пуль. Это был мой второй рабочий понедельник. Когда такое произошло второй раз, я поняла, что надо очень ответственно относиться к принятым решениям, надо понимать, что это поле было распределено, и им никто в России десять лет не занимался. Кому было выгодно, что известные марки водки вдруг оказались в некоем ЗАО с соучредителями из частных лиц? За границей только " Кристалл" стоит 75 долларов, за марку платятся очень большие деньги и доход получает не государство, а закрытое акционерное общество. Мне любопытно, я хочу разобраться, мне не очень нравится, когда воруют у меня, гражданки этой страны. Я начала войну, кто кого, или тебя линейкой или ты пеналом раньше.

Мы пытаемся олицетворять интересы государства, пытаемся поставить какой-то блок, чтобы люди, которые воруют, хотя бы боялись. Я никогда не работала на государство, у меня всегда были свои компании, я привыкла сама подбирать людей и строить с ними свои отношения, в зависимости от моих интересов, интересов моих клиентов. А сейчас я становлюсь политиком, а значит лжецом, значит давая интервью "Коммерсанту", я не говорю всю правду теми словами, которыми я хочу сказать, потому что я не могу нанести вреда, я вынуждена соизмерять каждое слово. Когда правда касается таких сложных вопросов, она не всегда нужна целиком.

Впрочем, как и в семье. У меня замечательная мама, независимо от образования, она произнесла много замечательных фраз, которые я помню. Она сказала, прежде чем задавать вопрос, подумай, какой ответ ты получишь, если не знаешь, лучше не спрашивай. Потом я выяснила, что эта фраза принадлежала Плевако, но он же говорил про юриспруденцию, а моя мама про жизнь.

Собственно, почему назначили меня. Указом президента назначается президент компании, Дивенко, он подбирает себе команду, которая согласуется с правительством России, потому что там не должно быть случайностей. Не могу сказать, почему решение было принято относительно меня, но готова назвать некие принципы поиска топ-менеджеров. Факт номер один - это люди не коим образом не связанные ни с одной криминальной группировкой, у них должна быть безупречная репутация с точки зрения принадлежности к финансовым группировкам. У них должна быть самостоятельность, не должно быть корпоративных обязательств, плюс это некая изначальная успешность. Неважно в какой области эти люди работали, важно, что они сделали себя сами. В нашей компании ни у кого нет опыта чиновничьей работы.

До этого у меня была собственная юридическая фирма. В Томске самый известный юрфак на всю Сибирь, а уж юристов там столько же сколько в Америке, поэтому набраться наглости и организовать свою юридическую фирму было серьезным поступком, толи свидетельствующем об отсутствии ума с моей стороны, толи сработала интуиция. Сейчас фирме десять лет, под одним названием, я считаю, что для России это очень успешно. А те фирмы, которые создавали мои преподаватели, профессора, к сожалению, почили. Налогов это агентство платило больше, чем некоторые заводы, и работали мы не только со всей Россией, но и с западными компаниями, интересы которых мы представляли. В основном, конечно клиентура была в Москве и в Питере. Никого не смущало, что мы стоим дорого и дополнительные траты на проживание, потому что меньше пятизвездочного отеля я жить не буду, в противном случае решайте свои проблемы сами. Главное мое достижение, что на сегодня не уволился ни один человек. Сейчас фирму стали растаскивать суды и крупные компании, которые поняли, что это готовые кадры, но ребята пока держатся. Это был мой основной бизнес, а параллельно пришлось купить телевидение, потому что обижали. Идет по телевидению пресс-конференция, там сидят два бандита, которые потом друг друга перестреляли и лежат на кладбище. Тогда они объединились птому, что был общий враг, которому нельзя принести деньги, то есть, я. Программа называлась "Мафия. Кто сильнее?" Два с половиной часа местное телевидение рассказывает про эту проблему, сидят воры в законе, которые всем известны, и рассказывают о том, что надо создать фонд помощи правоохранительным органам, ну, и про меня...

Я не видела программу, была в театре, но когда возвращалась домой, на меня все настороженно смотрели. Потом стали приезжать друзья с шампанским, которые решили, что я покончу с собой. Когда собралось человек двадцать, мы выяснили, почему все собрались. Мне привезли эту запись, и я поняла, что надо очень крепко думать о жизни. Потом квартиру, которую мы строили, сожгли, но, надо признаться, что заранее предупредили, а я не поверила. События развивались бурно, и я никак не могла понять, почему же за деньги можно делать все? Я решила, что если деньги - это все, то надо это проверить, и купила телевидение, очень не дорого.

Я дала сотрудникам задание выяснить, кто акционеры и у кого какие проблемы. Выяснилось, что у всех проблемы с квартирами, я решила, что купить четыре квартиры в обмен на акции, это очень хорошая сделка. И тут же телевидение стало говорить другие слова, хотя я уже не платила за это деньги. На этом доверие к СМИ у меня закончилось в принципе. Вообще жизнь хороший учитель. Я не горжусь этим, то, что я рассказываю по большому счету стыдно, но если бы вы вставали каждое утро и слышали по телевизору о себе непонятно что, вы поступили бы также… Потом мы купили кондитерскую фабрику, немножко по-другому, но это тоже была вынужденная покупка. Представьте себе фабрику, смешанное товарищество, где все решения принимаются единогласно, каждый обладает правом вета. А директор решил, что раз его избрали, то это его собственность. И вдруг он единолично решает продать фабрику за пятьсот миллионов рублей, нынешние пятьсот тысяч. Он оставил договор на столе, кто-то его нашел и стал спрашивать, что это означает. Я по простоте душевной объяснила соседке, которая работала на фабрике технологом, что это означает, совершенно не подумав о последствиях.

А в это время Инкомбанк начал агрессивную политику скупки региональных компаний такого рода. Тут же произошло убийство директора Новосибирской кондитерской фабрики, женщины, известное событие. Люди с нашей фабрики после этого убийства пришли ко мне целой делегацией, и спросили, что они могут сделать, я им сказал, что они ничего не могут сделать. Я предложила им передать мне право участия в собрании, все-таки моя репутация в городе что-то значила. Весь трудовой коллектив фабрики передал мне эти права, и тут началось. Антимонопольный комитет, пресса, все это было за две недели до собрания, я подумала, что меня сожрут. А с другой стороны эти бабы с фабрики с надеждой смотрят. Дала своим задание узнать всё про директора и прихожу на собрание. Про директора выяснили, что он квартиру строит, домик, еще что-то, но, вроде все нормально, решила встретиться с ним до собрания. Я ему говорю честно, что так нельзя, не заставляйте меня принимать крайние меры. Он не поверил и предложил мне десять процентов фабрики. На собрании я проголосовала шестьюдесятью четырьмя процентами доверенных мне голосов и показала ему на дверь.

Человек должен был понимать, это старейшее предприятие в Томске, ему уже сто лет, там работали прабабушки, это династии, и коллектив его отторг. Получилось так, что, делая людям добро, ты принимаешь на себя кучу других обязательств. Пришлось искать нового директора. Я его нашла, и пока на него там молятся. Но история не закончилась, прежний директор выигрывал суды, а я вновь сама с собой проводила собрание, писала протокол, подписывала и снова увольняла его. Потом суд опять восстанавливал его, в конце концов, у него в трудовой книжке не осталось места, я ждала, когда этот человек поймет, что он смешон, потому что юридически эту проблему было не разрешить, раз коллектив его не хочет. В конечном итоге человек испортил себе жизнь, его не брали никуда на работу. Томская прокуратура вызвала меня и возбудила уголовное дело по факту нарушения трудового законодательства. Я пришла и сказала, что по этой статье отвечает должностное лицо, а я кто, я же собрание, я - шестьдесят четыре процента.

А сегодня я менеджер, которому государство сказало, я тебе доверяю управлять своей собственностью. У меня, слава богу, есть понимание, что это чужое. Единственное определение в экономике, которое мне очень нравится, экономика - это наука, которая отвечает на вопрос, что мое и что чужое. Это не математика, по этому, экономика это вопрос нравственности.

У меня нет какой-то кровожадности всех назвать поименно и всех посадить. Я уже вышла из того возраста, когда все казалось черным и белым, у каждого есть куча мотивов. Я разговаривала с человеком, который важен в своей губернии, он помогал воровать, но сам с этого ничего не имел. Он сказал мне, что боится, потому что его решения и подписи были связаны с тем-то и с тем-то. И я должна учитывать все эти факторы. Я не могу задать ему вопрос, почему он не пришел в милицию, к сожалению, для меня и для нашей милиции. Я не могу требовать от всех людей того поведения, какого бы мне хотелось.

Что касается мужчин и женщин? Мне кажется, что женщины более ответственны, но и более бесстыдны, более циничны, более талантливы в манипуляции общественным мнением, у них более лабильная психика, при этом есть умение создавать чувство вины у окружающих. Это очень сильное оружие при принятии управленческих решений и в семье, и на работе. В этом смысле менеджер женщина лучше, чем мужчина, нас боятся. У меня например, как у одного из руководителей компании, основная задача, чтобы мои коллеги не почувствовали угрозу, что я умнее, сильнее, талантливее и способнее.

Я встаю с утра и говорю себе, дай бог мне способностей реагировать на дурость спокойно, силу и здоровье, чтобы проявлять интерес, когда мне пол часа рассказывают вещи очевидные и мне известные. Дело вот в чем, если я прихожу в коллектив с задачей показать, какая я умная и хорошая - это одна задача. Если я ставлю задачу, что мне нужен результат в общем деле, которого я хочу добиться с этим коллективом, тогда я буду это делать.

В управлении выигрывает более талантливый и агрессивный. При принятии решений очень важна мотивация. Я опять вспоминаю маму, когда умирал отец, он был совершенно уверен, что все держится на нем, а мы две беспомощные девочки. Когда у мамы была проблема, и было три решения, она приходила к нему и говорила, Николай, дорогой, я не знаю что делать, потом она излагала суть проблемы и три варианта решения, а тот вариант, который был нужен, был особо окрашен, с хорошей мотивировкой. Отец сидел в кресле, думал и говорил, что ему кажется, что надо сделать вот так, а мама говорила, как я сам не могла додуматься. Я считаю, что это высочайшее искусство, все счастливы, в доме мир и порядок, мужчина на своем месте, он глава, он любит, потому что они нас такими любят.

В моём городе Томске очень много людей образованных, каждый четвертый житель в городе - студент. Масса красивых лиц, старейший университет, восемь вузов, научный городок. Понятно, что это интеллигенция, а значит либерально демократически настроенная, мы никогда не бастовали. Там такая интеллигентная камерная жизнь, все тихо обсуждается, масса дискуссий через прессу. Вообще все за прогресс, поэтому за Путина голосовали. У нас такие известные личности произросли, как Егор Легачев, единственное, за что я ему рада, я научилась ходить на лыжах. Он сказал, пьянству бой, нужна альтернатива, все встали на лыжи, теперь я катаюсь на горных лыжах.

Как у нас какие-нибудь выборы в Томске обязательно появляется не одна группа людей, которые меня зовут. Меня одно смутило, ко мне пришли коммунисты, СПС и еще две партии, которых я просто не помню, видимо у них разные платформы, но все они пришли с идеей, чтобы я баллотировалась именно под их крылом. Они считали, что на меня можно делать ставку на губернаторских выборах, но меня смутило, что они все пришли, неужели я такая всеядная?

Мне сейчас очень интересно на своем месте, интересен уровень проблем, которые приходится обсуждать, я же не занимаюсь спиртом, я даже не знаю, как его производят. Вот, например, четыре завода в Вологодской области с разными интересами, и сделать, чтобы все это заработало по моей схеме это такой кайф! На этом месте у меня как бы все совпало, уровень, на котором надо лес видеть, а не отдельные деревья.

У меня диплом юридического факультета Томского Государственного университета, в котором стоит 1982 год окончания, а тогда еще хорошо учили. Я смотрю просто по уровню студентов, потому что мне к счастью тоже пришлось преподавать юристам. Один пример, на занятии смотрю я на студентов и думаю, красавцы, прелесть, покажу я им, что старая гвардия тоже из себя что-то представляет. Первое занятие я начала с того, что объявила темой безопасность бизнеса, это о том, что одна ошибка в бумаге может стоить всего бизнеса, я говорила о ценных бумагах. Я подробно обо всем этом рассказывала, с примерами из жизни, и, уходя уже, сказала, что не дай вам бог ставить свою подпись под пустым листом бумаги. Прихожу на следующее занятие, попросила своих сотрудников распечатать бланк векселя, раздаю каждому этот лист бумаги и каждому даю еще свою визитку, дескать, вот и познакомимся. Прошу их заполнить этот бланк на мое имя со своими данными, это и проверка и, заодно познакомимся, дала им четыре минуты. Они стараются, проверяют, все ли правильно, я собрала бумаги и говорю им, что как преподавателя меня надо гнать в шею, потому что я их ничему не научила, но как бизнесмен я за четыре минуты заработала пять миллионов долларов, в России такого второго случая, наверное, не будет. После этого занятия отношения пошли совершенно по-другому.

Состоялась моя карьера или нет, я отвечу лет через тридцать, сейчас еще рановато, я еще в пути. У меня есть приятельница, она работает в школе, когда мне плохо, я иду к ней. Она мне иногда звонит и говорит, у меня сегодня праздник, потому что она купила арбуз и созывает на это друзей. Я ей завидую, потому что она каждый год уезжает в отпуск, она видела больше, чем я. Что значит успешность и деньги, если ты не можешь пойти в магазин и купить себе то, что нравится, или если ты не можешь поехать куда хочешь, потому что у тебя нету времени. У меня есть деньги, но у меня нет того, что за них можно купить.

Я не верю, что в споре рождается истина, на встречу каждый приходит с уже готовой истиной и вопрос только в том, кто кого сломает. Когда я прихожу на работу, я знаю, чего я хочу, и мне очень важно чтобы это прозвучало из уст подчиненных. Если высказывается другая точка зрения, я ее терплю.

Что касается любви.

Как говорила моя преподавательница, Салангина может жить только в состоянии влюбленности. Но есть некие табу, на работе никаких отношений, поощряющих мужчин к ухаживанию допускать нельзя. Это та ахиллесова пята, за которую общество тебя как женщину обязательно пнёт. Я разумеется, использую все свои данные, чтобы желания в них не угасали, чтобы они всегда ощущали меня как женщину, но надежды при этом не было никакой. Я компенсирую свои мужские качества, которые требует от меня социум, тем, что активно пользуюсь всяческой косметикой.

Иногда я так устаю на работе, что прихожу домой, снимаю обувь, падаю на пол и там минут десять сижу. И слава богу, если нет в этот момент телефонных звонков. То есть мне надо как-то "заземлиться" после работы. А потом начинаю организовывать свою жизнь по вечерам, на самом деле у меня масса светских обязанностей.

Если человек занят сутками, то это не гарантия успеха. Я иногда вообще думаю, что люди рождаются богатыми и бедными. Один бьется, бьется, а ему ничего не перепадает, а другому все в руки идет. Есть масса книг, как разбогатеть, как стать успешным. Исследование огромного количества богатых людей показало, что ответа нет, потому что даже очень богатые люди не знают как это происходит. Всегда это везение и зависит это только от того, были у тебя к моменту везения нужные знания, умение и здоровье, чтобы воспользоваться или нет. То есть вся жизнь - подготовка, а дальше не упусти свой случай.

Конечно, есть проблемы с восприятием моего внешнего вида. Постоянно, и сейчас тоже. Когда заходишь в некоторые кабинеты, то минут пять их обитатели вообще ничего говорить не могут. Надо очень постараться, чтобы заставить их слушать. Хотя меня бы обидело, если бы они никак не реагировали на меня как на женщину. Обычно я не оправдываю ожиданий тех людей, с которыми мы видимся по серьезным проблемам, часто считают, что женщина должна быть солиднее, на возраст уже не так внимание обращают. Я не воспринимаю это как дискриминацию, потому что нам, женщинам дано оружие, которого у мужчин просто нет, это дискриминация мужчин.

Вообще в бизнесе пола нет, это не деление по признаку пола. Возьмем школьный журнал, кто в классе успешнее, лучше учится, девочки. А мальчишки они агрессивнее, за счет этого они и в бизнесе успевают. Я точно знаю, что пять раз подумаю, прежде чем сделать шаг какой-то, а у этого образование пэтэушное, он уже все знает, рвется. Кто и для кого у нас занимается бухгалтерией, мужчины что ли читают эти книжки или считают копейки? Мужчина может всю зарплату пропить, поэтому они и выигрывают, они ставки делают крупные.

Свободное время я трачу когда как, иногда запираюсь и начинаю придумывать себе болезнь, например ангину, и у меня начинает голос становиться осиплым. Удивительно, сначала мысль, потом действие. Очень люблю музыку слушать, люблю джаз, не скучаю на классических концертах. Хотя могу попасть в клуб, где бородатые комсомольцы будут петь КСП, мне и с ними два часа в месяц будет хорошо.

Увы, но в управлении выигрывают люди, которые больше всех врут, по этому мне надо достигнуть более высокой степени артистизма. Люди воспринимают только то, что они хотят слышать, говорить то, что тебя действительно волнует, это будет последнее дело. Все равно люди запомнят только то, что легло на их проблемы. Это если я ставлю себе задачу победить, а если мне просто нужна известность, я хочу общаться, тусоваться, то я буду говорить о своем.

Я хожу без охраны, хотя по должности мне полагается. Я считаю, что безопасность в голове. Обычная охрана не спасает, если что. Есть знаки, по которым люди друг друга узнают, у бандитов цепи, есть атрибуты, по которым люди чувствуют, что это их человек. Все это видят, я знаю, во что я должна одеваться. Если у тебя галстук неправильный, то с тобой не о чем разговаривать. Я не знаю, хорошо это или плохо, я просто не обсуждаю и подчиняюсь этим правилам. У меня в контракте написано, что я не имею права пить спиртное, я могла не подписывать этот пункт, но подписала и сейчас мне даже нравится.

Когда мы пришли в компанию, все новые, то находились под пристальным вниманием. Мне служба безопасности прикладывала распечатки компаний, которые хотели выяснить мои слабости. Так что это тоже форма защиты. Вы не можете надеяться, что, выпив, мы о чем-то проболтаемся. Я, как и все слаба и вышла из того возраста, когда говоришь, этого со мной не может произойти. Ведь мы делаем очень важное дело, возвращаем спиртовую промышленность из частных рук государству, можете себе представить какие у нас враги.

к списку гостей
     АРХИВ
     НОВОСТИ
     ЛИЧНОЕ
     ПУБЛИЦИСТИКА
     ПОЛИТИКА
    ВСТРЕЧИ В КЛУБЕ
     ТВОРЧЕСТВО
     ЖЕНСКИЙ ФОРУМ


 © Art  www